«Завидую я вам, суркам». Журналист — о неразрешимой проблеме с засыпанием

Артем Краснов — о самом мучительном времени суток: для него это момент, когда нужно ложиться спать. Приводим его мнение от первого лица. Кстати, а как спится вам?

Как же я порой завидую людям, которые умеют спать хоть на гвоздях. Которые говорят: «Пока вы тут перфоратором долбите, я вздремну минут пятнадцать, хорошо?» Стряхивают пыль, ложатся и засыпают под убаюкивающий вой болгарки. Мгновенно переходят в режим энергосбережения. Загадочные сурки и коалы. Как же вам повезло! Вы треть жизни проводите во сне, а мы, еноты-паникеры, — в попытках уснуть.

Для меня самое ужасное время — это не ранний подъем и даже не рабочая суббота. Самое тяжкое — это когда каждый день надо идти спать. Потому что в двух случаях из трех меня ждет верчение на матрасе с целью понять, какой бок ровнее. И почему трудно спать на животе? И когда простыня стала похожа на стиральную доску? А правда ли, что цари спали на спине? Из-за бороды, что ли? Или вот еще: если Земля, допустим, плоская, почему сила тяжести на удаленных от центра краях направлена всё равно вниз, а не под углом? А вдруг она не плоская? На часах полчетвертого утра. Светает.

Это не связано со стрессами на работе или возрастом — это заводские настройки. В детском саду я считал сон-час изощренной формой пытки. Думал, что другие притворяются или, допустим, умерли. В школьные годы я мог подолгу разглядывать узоры на стенном ковре, прокладывая маршруты через их лабиринт. Или думать о том, что случается, когда человек умирает — странно, что это единственная определенность нашей жизни.

Трудности засыпания очень мешают. Например, хорошо выспаться важно перед поездкой, но, естественно, мой беспокойный мозг до утра будет вспоминать, взял ли он зубную щетку, зарядник, второй зарядник и еще один, для камеры. А вот еще важный вопрос накануне поездки: если внутри кипятильника токопроводящий элемент, почему его спирали можно коснуться рукой, даже если стоишь на земле без резиновых тапочек? Или нельзя? А как проверить? Лучше не проверять. Или рискнуть? Наверное, там диэлектрическая изоляция. Ну, а смысл жизни тогда в чём?

Я смотрел тут блогера, который поехал зимой на гусеничном мотоцикле куда-то на Север и переночевал в палатке без обогрева в -33 °C (-27 Фаренгейта). Завернулся в спальник — и с добрым утром. «Так хорошо выспался», — говорит. Скотина. Представляете, как круто? Посредине нигде ты отключаешься и встаешь энергичным, как Жириновский. Снова готов сражаться со стихией и здравым смыслом. Я потом всю ночь думал, как это ему удалось? Ведь даже в зимнем спальнике ты дышишь ледяным воздухом. В палатке он, наверное, прогревается, но тогда, по идее, повышаются концентрация СО2 и влажность. Часа через полтора я уже представлял себе палатку, в которой мог бы заснуть сам: с подогревом пола, кондиционером, шумоизоляцией и установленной в квартире.

Причина одна — врожденная тревожность. Я вынужден нагружать свой мозг какими-нибудь задачами, иначе он, как ворчливая бабулька, начнет перебирать события моей жизни и укорять за поступки 35-летней давности. Или живописать апокалиптические сценарии. Мне проще нагрузить его размышлениями о рыночных перспективах марки KGM или задачей про взвешивание 12 шаров. Но иногда он разгорячается настолько, что начинает всерьез об этом рассуждать, спорить сам с собой, чуть ли не в интернет выходить. Я ему такой: «Да всё, стоп, угомонись уже». А он: «Угомонись… Угомонись… А ты замечал, что если много раз повторить любое слово, оно кажется нелепым? Угомонись, угомонись, угомонись… Чувствуешь?»

Р-р-р-р!

У Игоря Губермана на эту тему есть предельно точное четверостишье.

Весьма порой мешает мне заснуть,

Волнующая, как ни поверни,

Внезапно мне открывшаяся суть,

Какой-нибудь немыслимой херни.

Я пробовал снотворные, дыхание, медитацию. Снотворные усыпляют, но я всё равно не высыпаюсь. Медитация — интересное состояние, но изначально требует усилий и, в общем, не является снотворным: можно пролежать несколько часов, фокусируясь на тиканье часов или музыке с частотой 528 Гц, а потом обнаружить, что уже утро. Вообще-то у меня не совсем бессонница: рано или поздно я всё равно засыпаю. Просто это требует часа два ментального армрестлинга с самим собой. Овец считать, говорите? Когда переваливаешь за четвертую тысячу, берут сомнения. И почему овец? Всё равно все умрут.

Если природа наделила вас даром безмятежности и умением засыпать хоть на аппликаторе Кузнецова — цените это. Такая психика наверняка делает вас продуктивным и стрессоустойчивым. Что до меня, то с худой (недосчитанной) овцы хоть шерсти клок: иногда в попытках заснуть мне приходят в голову идеи или сюжеты. Эта колонка, например, написана с полпервого до трех.