Экс-подругу бойца СВО, которой он «подарил» квартиру в Златоусте, проверили на полиграфе. Что он показал

Гюзель, которую участник спецоперации из Златоуста Влад и его мама Галина обвинили в махинациях с квартирой, согласилась пройти проверку на полиграфе. Эксперт пришел к выводу, что она «сознательно искажает свои пояснения» и не только. Но это не является доказательством вины. Сама роковая возлюбленная бойца тоже продолжает настаивать: квартира стоимостью 4,5 миллиона — подарок от некогда близкого мужчины. Но разбирательства отнимают силы, говорит она. В разговоре с корреспондентом 74.RU Гюзель пожаловалась на ухудшение здоровья.

Семья контрактника уже год добивается возбуждения уголовного дела, но постоянно получает отказы от полиции. Их каждый раз отменяет прокуратура, и начинается новая проверка. А еще Влад с мамой пошли в суд, чтобы доказать неосновательное обогащение.

Гюзель купила квартиру на деньги Влада и его мамы в декабре 2024-го. Больше четырех миллионов рублей он ей перевел, находясь в госпитале после ранения. Влад прошел курс лечения и вернулся на СВО. Домой он приезжает только в отпуск, поэтому делом с квартирой занимаются его мать и адвокат Егор Качурин.

Семья бойца СВО уже сбилась со счета, сколько раз получала отказы в возбуждении уголовного дела (часть из них есть в распоряжении редакции). Жалобы, присутствие на личном приеме у руководителей полиции и прокуратуры не приносят результата.

«Сам Влад перечислил ей три миллиона рублей, которые пришли ему как выплата за ранение. А один миллион, которые добавила его мать? Это что, тоже подарок? Это абсолютно не так, — рассуждает адвокат семьи участника СВО. — В рамках проверки мы узнали, что квартира куплена 10 декабря 2024 года, когда Влад уже был в Златоусте и мог присутствовать на сделке. Хотя ему было сказано, что квартира куплена еще 28 ноября. Мы писали жалобы в прокуратуру и следствие — полная тишина».

Тем не менее в ноябре 2025-го Гюзель вызвали в полицию и предложили пройти проверку на полиграфе. Она имела право от нее отказаться, но решила его не использовать и ответить на вопросы. В распоряжении Егора Качурина оказался документ с результатами проверки. Он ознакомился с ним в суде и разрешил нам опубликовать некоторые выдержки.

В выводах эксперт говорит о том, что «негативного отношения к проведению проверки не выявлено», но женщина сильно волновалась и на некоторые вопросы «отвечает уклончиво». Например, о присутствии бойца СВО на сделке по покупке квартиры или о возможной подделке договора дарения. «Итогом опроса стало следующее: [ФИО] обладает виновными знаниями по данному факту и сознательно искажает свои пояснения».

Мы попросили Гюзель прокомментировать результаты исследования на полиграфе. Неохотно, но она все-таки ответила на вопросы и пожаловалась на ухудшение здоровья:

«Я мучаюсь высоким давлением. У меня после ваших постов очень высокое давление, я себя очень плохо чувствую. Мне больше нечего сказать. Моя жизнь очень сильно изменилась после этих постов, я вам так скажу. Никаких мошеннических действий я не делала. Конечно, я настаиваю на своем. Я никого не обманула. А если бы они мне пошли навстречу, как мы изначально хотели… деньги, которые я вложила, они не хотят мне отдавать. Они тоже не идут мне навстречу».

Если сама Гюзель не признает своей вины, могут ли выводы эксперта на основании проверки на полиграфе стать ее доказательством и поводом для возбуждения уголовного дела? Сторонний эксперт, адвокат Иван Кораблев говорит, что нет, не могут.

«Методика проведения исследования не гарантирует на сто процентов верный результат, что не исключает ошибки в заключении. Результаты исследования носят вероятностный характер, в связи с чем не отвечают требованиям УПК РФ, — объяснил Иван Кораблев. — Важно отметить, что прохождение полиграфа всегда требует письменного согласия опрашиваемого лица, от процедуры можно отказаться. Факт отказа может быть расценен исключительно в качестве ориентира для проведения дальнейших оперативно-розыскных и/или следственных действий, а не может однозначно указывать на виновность лица».

Адвокат добавил, что результаты проверки на полиграфе не могут быть признаны доказательством, в основном они несут вспомогательную функцию при проверке информации.

В конце декабря мы делали журналистский запрос в областную прокуратуру, в котором указывали некоторые доводы адвоката семьи участника СВО. В ведомстве пообещали дать им оценку. Однако пока в действиях бывшей подруги бойца не видят состава преступления.

«По результатам процессуальной проверки вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием в действиях [ФИО] признаков преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ (мошенничество). Указанное процессуальное решение прокурором отменено, материал направлен следователю для организации дополнительной проверки. В настоящее время процессуальная проверка не окончена, ход проверки находится на контроле в прокуратуре области».

В ГУ МВД 74.RU сообщили, что продолжаются доследственные мероприятия, назначены дополнительные экспертизы.

Также семья Влада обратилась с иском в суд о неосновательном обогащении. Прошло два заседания, Гюзель и ее представитель на них не присутствовали, но прислали отзыв о том, что никому ничего не должны:

«При переводе денежных средств Истцы не могли не осознавать безвозмездный характер осуществляемых ими переводов в пользу Ответчика. Заявленные исковые требования являются необоснованными и направлены на пересмотр добровольно принятых на себя обязательств под влиянием последующего личного конфликта между Истцами и Ответчиком. Последующий конфликт и сожаление о подаренных денежных средствах не являются основанием для признания сделки недействительной».

Гюзель и ее представитель указывают на договор дарения денег, подписанный бойцом СВО 10 декабря. Вячеслав и его мать назвали документ фикцией. С их слов, это было подтверждено на очной ставке между Гюзелью и Владом в прошлом году.

Эффектная брюнетка Гюзель давно нравилась Владу. Она была его коллегой и отвергала ухаживания. Но всё поменялось после того, как он ушел на СВО, получил осколочное ранение и выплату за него. Молодые люди стали активно общаться в мессенджере. Переписываясь, когда Влад еще лежал в больнице, они решили создать семью и купить жилье.

Гюзель торопила бойца СВО с отправкой ей денег («Есть несколько покупателей!»), а в итоге записала недвижимость не на любимого, а на свою мать. Счастье молодых в новой квартире продлилось недолго: после очередного разговора про переоформление жилья в собственность Влада, Гюзель вызвала наряд полиции, который выставил его за дверь. Сначала боец и его мать рассчитывали, что женщина отдаст им квартиру, но этого не произошло. В марте прошлого года они обратились с заявлением о мошенничестве в полицию.