Петр Ванюков, руководитель и концертмейстер хора совета ветеранов ОАО «Магнитострой» «Россияне»: «Сегодняшние СМИ не жалуют вниманием народную самодеятельность»

Петра Ванюкова можно назвать одним из двигателей народной культуры в Магнитогорске. Окончив в 1972 году Магнитогорское музыкальное училище по классу баяна, Петр Степанович успешно выдержал большой конкурс в Уфимский институт искусств. Но на этом его образование не окончилось: чтобы повысить свою квалификацию, он поступил в ассистентуру Казанской консерватории и одновременно с этим выступал в ансамбле «Родные напевы». Сегодня Петр Ванюков – преподаватель на кафедре инструментов народного оркестра и концертмейстер на кафедре хореографии Магнитогорской государственной консерватории. Хор «Россияне», который он возглавляет, стал лауреатом и обладателем Гран-при конкурса «Золотые россыпи Урала» среди региональных самодеятельных коллективов. Что приходится преодолевать людям, болеющим душой за родную культуру? Почему в народных хорах мало молодежи? Об этом и многом другом – в интервью Петра Ванюкова корреспонденту сайта Mgorsk.ru. – Петр Степанович, зачем вам потребовалось дополнительное образование? – Ассистентура – это следующая высшая двухгодичная ступень образования, где обучающийся повышает свой исполнительский уровень. Коллектив, в котором я играл на балалайке и контрабасе, стал не только лауреатом регионального конкурса профессиональных камерных ансамблей, но и дипломантом международной программы «Музыка без границ», которая проходила в США. Мне тогда пришлось освоить контрабас, потому что коллективу не хватало именно этого инструмента. – Разве есть что-то общее между баяном и контрабасом? – Конечно, есть: и тот, и другой инструмент является народным. В идеале на определенном инструменте должен играть специалист именно по данному направлению. А так как моя специальность, которую я получил в ассистентуре, называется «артист ансамбля», то я должен знать все инструменты народного ансамбля и при необходимости суметь сыграть на любом из них. – И сколько в итоге продолжалось ваше обучение? – 16 лет. Такова система музыкального образования: одного музыкального училища для хорошей профессиональной работы мало. – Вы пошли в музыку по стопам родителей? – Нет. Мой отец был машинистом паровых установок в тресте «Магнитострой», проработал там много лет, заслужил несколько наград. А мама – повар в детских яслях. Но вся наша семья любила собираться по воскресеньям и петь песни. Мои отец и дяди играли на гармошках. Причем гармошка моего отца была очень сложной: на сжим она выдавала один звук, на разжим – другой. При таких условиях нужно очень точно владеть мехом, чтобы звук получался правильным. Мне всегда было интересно наблюдать за игрой отца, а когда его не было, я тайком доставал гармонь и пробовал свои силы, хотя у меня тогда мало что получалось. Но мне очень нравилось слушать народные хоры и игру баянистов, когда я оказывался во дворцах культуры. Да и мама поощряла стремление детей к учебе. Благодаря этому мой старший брат является членом Союза художников СССР, долгое время был председателем Союза художников Магнитогорска, я пошел в музыку, младшие братья получили высшее образование, а старшая сестра работает в академии дипломатии в Москве. – Много ли сегодня желающих поступить на факультет народных инструментов? – Нет, не много. Сейчас в нашу консерваторию нет такого конкурса, какой был в 60-80-е годы 20-го века. Тогда на первый курс нашей кафедры поступало порядка 28-30 человек, а сейчас – 5-6. Сегодня баян и аккордеон считаются не столь популярными направлениями. Но я думаю, что причина этого кроется не в утрате интереса к народной музыке у молодежи, а в отсутствии поддержки профессиональных музыкантов со стороны государства. К примеру, таким специалистам, как концертмейстер и преподаватель музыки, в консерватории платят чуть больше четырех тысяч рублей в месяц. Чтобы не пропасть, мы бегаем по другим работам. И хотя талантливые ученики у нас всегда есть, реалии жизни часто даже у них отбивают охоту учиться в течение минимум 11 лет. Однако не заниматься музыкой тоже нельзя: душа не позволяет! – Не является ли причиной снижения интереса к баяну и аккордеону еще и то, что их практически не увидишь на улице? – Да, их популярность действительно снизилась – люди стали общаться меньше, и спонтанные хоры собирать некому. Но без музыки нам просто не прожить. Вы посмотрите на коллектив хора «Россияне»: большинству из его участников по 70-80 лет, а они регулярно ходят на занятия и поют. У каждого из них душа поет! При этом у нас нет ограничений по возрасту. Михаилу Захаровичу Тулякову, заслуженному работнику профтехобразования РФ, скоро исполнится 88 лет, а он не только поет, но и танцует. Многие участники нашего хора проработали в тресте ОАО «Магнитострой» по 50 лет. Зоя Терентьевна Федотова – заслуженный строитель России, орденоносец. В 60-е годы ее бригада гремела по всему Советскому Союзу. Для чего они ходят сюда? Для того, чтобы не замыкаться, тоскуя и болея в четырех стенах. – Вашему хору кто-то помогает? – Да. Это совет ветеранов треста «Магнитострой» в лице председателя профкома Николая Соколова, исполнительного директора, депутата Дмитрия Мельникова и его помощника Анатолия Дудника. Это, надо сказать, большая редкость, что рабочий профком в течение вот уже 10 лет поддерживает такой коллектив, как наш. А недавно по инициативе директора музея треста Любови Подлужновой был организован еще и ансамбль «Вдохновение». Я 16 лет проработал баянистом и руководителем хоровой группы в ансамбле песни и танца «Мы – уральцы» дворца культуры калибровочного завода. Это был очень мощный, практически профессиональный по своему уровню коллектив, состоявший из работников завода. Он выступал с концертами по всем союзным республикам! В нем помимо хора было порядка 30 танцоров, три баяниста, детский инструментальный и танцевальный коллективы, с нами же выступал и ансамбль народных инструментов. Содержание такого большого состава требовало больших финансовых вложений. К сожалению, в начале 90-х годов его финансирование сократилось, хоровые руководители ушли из ансамбля, и хор «Мы – уральцы» существует теперь при дворце дружбы народов. А трест «Магнитострой» никогда не забывает о людях. И это притом что сам он еще совсем недавно переживал тяжелые финансовые времена. – В этом году хору «Россияне» исполняется 10 лет. Как родилась идея о его создании? – В тресте ОАО «Магнитострой» всегда было много поющих людей, поэтому в 2002 году было решено создать небольшой ансамбль. В декабре того же года я оказался на концерте, где выступал этот коллектив. Аккомпаниатора у него не было, поэтому я взял баян и начал подыгрывать. А через некоторое время мне предложили стать его руководителем. – Как часто выступает ваш хор перед зрителями? – В год мы даем порядка 40 концертов в доме престарелых, в центрах социальной помощи, в домах отдыха и в городе, а также обслуживаем все мероприятия треста «Магнитострой». Нас любят приглашать в Челябинск: мы являемся постоянными участниками областного клуба «Играй, гармонь», которую ведет Виталий Вальфович. Все наши выступления безвозмездны, хотя нам часто бывает очень трудно материально, и мы уже задумываемся над подготовкой платных концертов. – Многие ли участники хора имеют музыкальное образование? – Нет, не многие. У кого-то, возможно, и есть начальное, а профессионального нет ни у кого. Но это не мешает нам исполнять самые разные музыкальные произведения. Тем более что коллектив у нас дружный и многонациональный. В нем есть и русские, и украинцы, и белорусы, и татары, и чуваши, и нагайбаки, одно время был даже венгр. Есть в нашем репертуаре не только народные, но и авторские песни, исполняемые в народном стиле. Например, «Урал-батюшка», которую я написал на слова Виталия Юферева, артиста нашего драмтеатра. Автором одной из патриотических песен – «Кантаты о Магнитке» – является участник нашего коллектива Владимир Чумадин. Песню «Город мой» нам подарил магнитогорец, ныне живущий в Уфе, Николай Красильников. Перекладываем мы для хора и некоторые песни Надежды Кадышевой, например «Где найду я страну?», в которой запевают сразу три голоса, делаем хоровые обработки народных песен. А вот то, что не подходит для нас по своим художественным качествам, я не беру. – В последнем из зональных конкурсов «Золотые россыпи Урала» вы взяли Гран-при. За счет чего «Россиянам» удается занимать первые места? – Одним из обязательных условий в конкурсах, в которых выступают народные хоровые коллективы, является пение а капелла. Мы же поем трех-, четырех- и даже пятиголосие. А песня «Степь», с которой мы победили, сама по себе щемящая, с динамическим и фактурным развитием. Заканчивается она тем, что звук постепенно уходит и степь замирает. Мы смогли донести до зрителей характер этой песни. Выигрываем мы еще и за счет мужских голосов – теноров и баритонов. Это придает песням совершенно иное звучание: делает его широким, объемным. И естественно, первые места занимают те произведения, которые уже хорошо отработаны: они уже впеты в душу, и никакая стрессовая ситуация не выбьет исполнителей из колеи. В этом году мы готовим документы на присвоение хору звания «народный». – Как вы подбираете солистов для своего хора? – Я их не подбираю: стремлюсь, чтобы пел и развивал свой голос каждый. Например, Анна Чернецова поет с начала 50-х годов прошлого века. Людмила Бурдукова недавно пришла к нам, но уже пробует себя в качестве солистки. Валентина Жаркова и Лидия Федосеева часто поют дуэтом, а две сестры – Флюра Хайруллина и Мария Гайсина – любят исполнять татарские песни. – Какой репертуар вы готовите к своему юбилею? – Мы возьмем самые значимые для треста песни. У нас есть свои кантаты, песни о городе, о строителях, русские народные и татарские песни, акапельные и лучшие лирические номера. Программа у нас будет большой. – Не умрет ли вместе с нашим старшим поколением любовь к народной музыке? – Нет, этого не случится никогда. Возможно, народная песня претерпит какие-то изменения, но жить она будет до тех пор, пока жив сам народ. Наша нация всегда была очень поющей, чего, к сожалению, не скажешь о настоящем времени. У россиян меняются приоритеты. В средствах массовой информации, в частности по радио по утрам, чуть ли не ежедневно идут подробнейшие рассказы о западных рок-группах. А где же передачи о событиях русской и национальной культуры? Их нет! 21 марта в Магнитогорске на высоком уровне прошел фестиваль ветеранских хоров и ансамблей «Я люблю тебя, жизнь!». Где в это время были телевидение и другие средства массовой информации? В Казахстане, например, нет отбоя от желающих заниматься на домбре – национальном казахском инструменте. Это и есть возрождение национального духа и политика государства! Но надо сказать, что большая поддержка фольклорным поющим коллективам сегодня идет от общеобразовательных и музыкальных школ, где детям помогают сохранить традиции своего народа. В городе создаются и молодежные ансамбли, и ансамбли для взрослых. А благодаря городскому совету ветеранов в Магнитогорске создалось уже порядка 16-19 хоровых коллективов ветеранов, выступающих в конкурсах самого разного уровня. Однако, бывая в Челябинске, я каждый раз поражаюсь ауре народного праздника, которая царит на концертах народной музыки в программах «Играй, гармонь». Там люди во время концертов стоят буквально в проходах концертных залов. А в перерывах в фойе играют гармонисты, люди устраивают танцы, веселятся. Ведь искусство – это то, что наполняет души людей. Без него они остаются пустыми.