Кирилл Черепенькин, начальник отдела по экономической безопасности и противодействию коррупции УМВД по Магнитогорску: «В одиночку полиции с контрафактом не справиться»

На недавнем совещании в Магнитогорской таможне главный полицейский города по борьбе с экономическими преступлениями Кирилл Черепенькин признался, что правоохранительным органам пока не удается справиться с потоком контрафакта. Что мешает полиции решить эту проблему? Какую роль играет она в защите авторских и смежных прав? Об этом – в интервью Кирилла Черепенькина корреспонденту сайта Mgorsk.ru.

– Кирилл Сергеевич, сначала немного о вас. Почему решили бороться именно с с экономическими преступлениями?

– Мне иногда самому сложно ответить на этот вопрос: в университете меня больше интересовала уголовно-правовая специальность, да и стажировался в основном в следственных подразделениях. Думаю, большую роль в этом выборе сыграл мой руководитель Владимир Михайлов, который долгое время возглавлял РОВД Ленинского района Магнитогорска. Он и разглядел во мне сотрудника, который способен работать именно в этом подразделении. Первым позвонил мне, когда я защитил диплом. Но, даже приступив к своим обязанностям, я не очень четко представлял, в чем заключается суть моей работы.

– А диплом ваш как-то был связан с экономикой?

– Да, он касался лицензирования хозяйственной деятельности. Еще в вузе я понял, что любая экономическая деятельность связана с правонарушениями, мне была интересна эта тема. Возможно, именно поэтому я довольно успешно начал применять свои знания на практике.

– В какой должности?

– Оперуполномоченного – самой главной рабочей единицы любого отдела МВД. На всю жизнь запомнилось замечание, которое сделал мне начальник. Я пришел на работу в джинсах и в свитере, он меня вызвал и сказал: «Сегодня я тебя прощаю, но чтобы уже завтра ты был в хорошо отутюженных брюках и рубашке. А когда начинаются холода, здесь ходят в костюме и галстуке».

– А как же оперативные выезды?

– Это мне тоже разъяснил мой начальник: если у оперативника не хватает на все знаний, то брать приходится внешним видом. Выезды сотрудников отдела экономической безопасности радикально отличаются от выездов иных подразделений. В сферу нашей деятельности входят предприятия, учреждения, организации, фирмы, банки. Приходится общаться с людьми, хорошо образованными. Кроме того, костюм дисциплинирует, а дисциплина и умение грамотно выстроить общение для сотрудника отдела экономической безопасности очень важны.

– Как и когда вы возглавили этот отдел?

– Проработав с 2003 по 2006 год в должности оперуполномоченного, я был назначен на должность старшего оперуполномоченного. Потом исполнял обязанности начальника отделения по борьбе с экономическими преступлениями в Ленинском районе Магнитогорска, а с ноября 2011 года, уже после прошедшей реорганизации, был назначен на должность исполняющего обязанности начальника отдела. В марте прошел специальную аттестацию и возглавил отдел..

– Не скучаете по оперативной деятельности?

– Скучать не приходится: несмотря на то, что сегодня чаще всего занимаюсь организацией, в оперативной деятельности по-прежнему принимаю непосредственное участие. Иногда возникают такие ситуации, когда мне кажется, что я лучше справился бы с задачей, чем мой подчиненный, но ведь и я когда-то был новичком. А сейчас моя задача – научить, направить, проконтролировать тех, кого мы набираем уже с учетом новых требований, предъявляемых к полиции.

– Как новшества сказались на вашем отделе?

– После реорганизации подразделение по борьбе с экономическими преступлениями ушло от районного принципа работы. Сейчас есть служба экономической безопасности и противодействия коррупции. Она действует только в структуре управления МВД России и делится по линиям и направлениям работ. Отдел по экономической безопасности состоит из начальника, двух его заместителей и начальников трех отделений: по противодействию коррупции, по экономической безопасности на приоритетных направлениях и по экономической безопасности на объектах хозяйственно-промышленного комплекса. А защита интеллектуальной собственности, которой было посвящено совещание в Магнитогорской таможне, – одно из многочисленных направлений нашей деятельности.

– Интеллектуальная собственность существует давно. Почему именно сегодня вопрос по ее защите стоит так остро?

– Это связано с политическими процессами, которые происходят у нас в стране. Россия подходит к вступлению в ВТО, а за рубежом, особенно в развитых странах к вопросам защиты интеллектуальной собственности, авторских прав подходят очень жестко.

– Почему мы не говорим о патентном праве, а лишь об авторских и смежных правах?

– Наверное, потому, что такие нарушения у нас встречаются достаточно редко. За время службы мне ни разу не приходилось разбирать такие случаи. Связано это, скорее всего, с тем, что изобретения магнитогорцев предназначены в основном для металлургического производства, и когда речь идет о патентном праве или об интеллектуальной собственности местного значения, то защита ее складывается в основном из судебно-поисковой работы.

– А не связано ли это с тем, что аудио и видеопродукция принадлежат чаще всего раскрученным заграничным брендам, а изобретения – нашим, никому неизвестным, авторам?

– Отчасти да. Если говорить об авторских правах, например, компании Microsoft, которая имеет мощные представительства во всех странах мира, в том числе и в России, то она достаточно серьезно озабочена защитой своих прав. Ее агенты есть практически в каждом крупном городе нашей страны, и они активно мониторят ситуацию на рынке программных продуктов. И это правильно, ведь ущерб от нарушения несет именно автор.

– В отличие от Microsoft наши изобретатели не обладают необходимыми для пресечения преступления средствами. Не потому ли наши правозащитные органы в основном направлены на помощь иностранным компаниям?

– Здесь необходимо провести различие: авторское право – это одно, контрафакт – другое. Понятие контрафакта достаточно широкое и не ограничивается нелегальной реализацией товаров под марками крупных товаропроизводителей. Наказание за контрафакт предусмотрено сразу несколькими статьями Уголовного кодекса.

– С каким видом контрафакта вам приходится сталкиваться чаще всего?

– Чаще всего – с суррогатным алкоголем, который в основном изготавливается кустарным способом с помощью смешивания некачественного спирта и воды. Эта продукция приводит либо к летальным последствиям, либо наносит серьезный вред здоровью людей. Наши предприимчивые граждане устраивают подпольное производство прямо у себя в квартирах и продают жидкость с неизвестным содержанием. Мало того, что качество данного товара вызывает большие сомнения, он еще и не прошел обязательную процедуру получения акцизов, что наносит значительный экономический ущерб государству.

– Вы можете привести пример по пресечению изготовления и продажи контрафакта?

– За первый квартал этого года из незаконного оборота мы изъяли 11 тысяч бутылок казахстанской водки. Все подобные операции начинаются с того, что мы получаем необходимую информацию и выезжаем на оперативные мероприятия. Так, с 9 по 20 апреля провели небольшую, но эффективную операцию «Контрафакт». За это время составили пять протоколов по факту изъятия незаконно изготовленной продукции и два материала направили в следственный комитет для возбуждения уголовных дел. Один из них – по факту торговли товаром, опасным для здоровья покупателей, второй – по факту нарушения авторских и смежных прав. По остальным случаям проводятся доследственные проверки, ряд образцов отправлено в Челябинск на экспертизу. Практически в 100% проверенных предприятий обнаружены факты торговли контрафактом. Причем львиная часть – аудио- и визуальная продукция, которая реализуется повсеместно, хотя в Магнитогорске уже открываются магазины, в которых продается исключительно лицензионка.

– Но, на мой взгляд, факты незаконной продажи, например, алкоголя можно обнаружить практически в каждом ларьке.

– Вы говорите о законно изготовленной продукции, которая не подпадает под понятие контрафакта. А вот реализация того же товара в установленном месте, в лицензированном магазине, но приобретенного у неофициального представителя и выполненного с подражанием известному бренду – это уже контрафакт. Внешне такой товар практически невозможно отличить от настоящего.

– И как быть покупателю?

– Приобретать продукцию либо только у официального представителя, либо в крупных, хорошо зарекомендовавших себя магазинах. Это, конечно, не панацея, но лучшее, что можно сделать. Кроме того, любой товар, в том числе и детские игрушки, и аудиопродукция имеют сертификат качества, и вы вправе его потребовать. Отказ выполнить вашу просьбу может послужить сигналом о подделке. Сегодня всю информацию о любом товаре можно найти через интернет: каждый производитель защищает свою собственность определенным образом. Но бывают и такие случаи, когда только проведение экспертизы может показать, качественная ли это продукция, представляет она опасность для здоровья потребителя или нет.

– По заявлению граждан вы можете проводить такие мероприятия?

– Да.. Мы ведем прием таких заявлений как по телефону доверия, так и в оперативном порядке. Но иногда проще обратиться в участковый отдел полиции, потому что основная цель нашего отдела – выявление преступлений. И не всякое нарушение квалифицируется как преступление.

– На совещании в таможне вы сказали, что многие авторы мало интересуются судьбой своих произведений. Зачем же тогда копья ломать?

– Да, активность правообладателей у нас, к сожалению, не совсем высока, и не все компании имеют свои представительства на территории Магнитогорска. Но отличие нашего отдела от всех остальных состоит в том, что в наши задачи входит так называемое инициативное выявление правонарушений. Поэтому часто мы сами оповещаем автора о проделанной нами работе.

– С какими службами, которые также защищают интеллектуальную собственность, вы сотрудничаете?

– Постоянно взаимодействуем с торгово-промышленной палатой. Она проводит для нас исследования и экспертизу товара на контрафактность. А специалисты предприятия «Стандартизация и метрология» помогают нам отличить настоящий сертификат от подделки.

Я уже говорил о представительствах в нашей стране крупных иностранных компаний. Мы пересекаемся и с различными ассоциациями. Например, с российским антипиратским агентством, которое создано в Москве. Это организация берет на себя определенные функции по защите авторских прав. В основном ее деятельность связана с огромным медиапространством. Автор, обращаясь в это агентство, выдает доверенность его сотрудникам, и они занимаются мониторингом и выявлением случаев, когда его права нарушаются.

– Почему, несмотря на борьбу с подделками, на российских прилавках их становится все больше и больше? Мероприятия, которые сегодня проводятся по защите авторских и смежных прав, малоэффективны?

– Вовсе нет. Вспомните время, когда мы переписывали друг у друга фильмы из-за того, что их было слишком мало. А потом хлынул такой поток этой продукции, что многие кинотеатры вынуждены были закрыться. Но сейчас они вновь открываются. Значит, не все так плохо. Однако наши люди уже привыкли покупать дешевые товары. А главный признак контрафактного диска – это «пять в одном»: на лицензионном диске не может быть более одного фильма.

– Так ведь любому человеку приятнее купить их не один, а пять по цене одного! Выходит, что в скором времени человек с низкой зарплатой (а их у нас большинство), не сможет позволить себе совершить честную покупку?

– Возможно. Однако покупать контрафактный товар или не покупать – это вопрос нашей правовой культуры. Каждый должен понимать, что приобретая поддельный диск, он наносит ущерб автору, которым может быть и любая из московских киностудий. Из-за пиратства она теряет не только прибыль, но и вообще возможность снимать кино. И в данном случае мы сами себе подножку ставим, рискуя никогда не увидеть хороших отечественных художественных или мультфильмов.

– Как вы сотрудничаете с теми, кто реализует оригинальные товары?

– В основном через Магнитогорскую таможню, которая тесно взаимодействует с известными мировыми фирмами. Недавно мы проводили с ними совместное мероприятие, в результате которого нами была изъята партия поддельных сумок. Прокуратура в настоящее время занимается привлечением соответствующего лица к административной ответственности. На сегодняшний день выстроена система взаимодействия таможни с полицией и прокуратурой. Распознать подделку брендовой продукции бывает очень сложно. Таможенники обладают необходимыми для этого знаниями, мы имеем законодательные возможности пресекать преступление на территории нашего города, а прокуратура составляет протоколы и поддерживает обвинения в суде. Если эта система заработает, то послужит примером для успешного сотрудничества с другими правоохранительными и надзорными организациями. Например, с Роспотребнадзором – по тем моментам, когда в город завозятся большие партии некачественного товара. Я считаю, что в этом случае наше подключение как силового органа просто необходимо.

Во многом нам еще предстоит продумать шаги, с помощью которых мы сможем предотвращать открытую торговлю контрафактом на рынках Магнитогорска.

– Случалось ли возбуждать уголовные дела по нарушению авторских и смежных прав?

– Конечно. В прошлом году мы возбудили семь дел. Два из них касались контрафактной продукции – ее реализации или использования, одно – незаконной игорной деятельности, в четвертом случае компьютерный клуб оказывал услуги с использованием контрафактной продукции. И так далее.

За четыре месяца уже текущего года мы выявили 35 фактов реализации контрафактной продукции. Но с момента выявления до вынесения решения суда должен пройти определенный срок, во время которого проводятся изъятие, сборы доказательств и экспертиза. Пятерых правонарушителей мы уже привлекли к административной ответственности. А два материала находятся на рассмотрении о возбуждении уголовных дел.

И все равно, на мой взгляд, такие результаты нельзя назвать утешительными. Лиц, привлеченных к уголовной ответственности, должно быть больше. Но у нас уголовно наказуемым деяние становится лишь тогда, когда в результате совершенного преступления ущерб автору превысил 100 тысяч рублей, причем ущерб определяет либо сам автор, либо его представитель. А если речь идет о статье 238 УК, то в этом случае никаких авторов не нужно, главное, чтобы предприниматель прекратил незаконную деятельность. Если он подчиняется нашим требованиям, то дело не возбуждается.

– Почему же тогда вы считаете свою работу неудовлетворительной?

– К сожалению, сегодня не могу сказать, что мы победили контрафакт. В том числе и потому, что в обществе пока нет должного уважения к авторским правам, той правовой культуры, о которой я уже говорил.